Библиотечка
Православной
Литературы

(в формате FictionBook)

Главная | Новинки | Библиотечка | Видео | Ссылки | Архив | Почта Зеркало: http://fbppclib.orthodoxy.ru/

Содержимое библиотечки — электронные тексты (в основном) православной тематики на русском языке в формате FictionBook 2.0. (инициатор разработки стандарта — Дмитрий Грибов)

Состав текстов отражает личные предпочтения составителя библиотечки. Размещенные тексты, были сверстаны, главным образом, для личного прочтения и предназначены для просмотра на карманных персональных компьютерах с помощью программы HaaliReader(разработчик — Михаил МАЦНЕВ), хотя могут отображаться и на настольных компьютерах с использованием того же инструмента для настольных компьютеров.

Начиная с августа 2010 года верстка текстов ориентируется на использование программы CoolReader3 (разработчик Вадим Лопатин, г. Нижний Новгород).

Для чтения книги из библиотечки на церковно-славянском языке (помеченных аббревиатурой цсл), следует установить шрифт IrmologionUcs, разработанный Владиславом Дорошем, для чего для КПК достаточно разархивировать файл IrmUcs.zip и переписать файл IrmUcs.ttf в папку Windows\fonts. Для настольных ПК необходимо выполнить стандартную процедуру установки данного шрифта на ПК.

Для правильного отображения киновари рекомендую выполнить следующие установки в программе HaaliReader:
Colors... —> Highlight3 - R: 255, G: 0, B: 0
Styles... —> Cite - Color: HL3
                  Title Color: HL3

Если кого-то из посетителей библиотечки заинтересуют имеющиеся тексты, но они хотели бы видеть их в другом, удобном им формате, обращайтесь, пожалуйста, и я буду рад выполнить для Вас (по мере моего разумения и по возможности) преобразование нужных Вам текстов в необходимый формат.

Для самостоятельной конвертации текстов библиотечки (и не только!) во всевозможные форматы рекомендую использовать программу Book Designer (автор Валерий Войцехович)

Последнее обновление: 12.01.2012 20:26
Библиотечка основана 9 сентября 2002 г.

---

Слава Богу за все!

Новинки января

12/01/2012
Русские святые. Сентябрь—Ноябрь. 705 Кб.
Русские святые. Декабрь—Февраль. 711 Кб.
Русские святые. Март—Май. 738 Кб.
Русские святые. Июнь—Август. 583 Кб.

Почитание святых — важная составная часть православного вероучения. Святые — земные люди, достигшие обожения, состояния причастности Богу через пронизанность божественными энергиями, которое дается им как награда за праведность. Разделяя в земной жизни с людьми все тяготы бренного существования, они становились реальными, телесными носителями качеств, присущих иному миру. Святой, праведник — это земной ангел и небесный человек. Он соединяет церковь земную и Церковь Небесную, ясно свидетельствуя о действенности божественного начала в мире. Вступая после смерти в Небесную Церковь, он становится молитвенником и покровителем христиан, прибегающих к его помощи. С точки зрения осмысления истории человечества, святые — это исторические лица, открывавшие для своего времени пути национального религиозного призвания, которые ярко характеризуют ту или иную историческую эпоху. Русский историк Г. П. Федотов писал, что именно национальное понятие святости содержит в себе ключ для понимания наиболее сложных и противоречивых явлений русской культуры.
(Цитируется по http://www.krugosvet.ru)

06/01/2012
Библия. — Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета (канонические) в современном русском переводе. (формат pdf, вычитанный текстовый слой вверху). — 8,19 Mb.

Современный русский перевод Библии отличает точная передача смысла Священного Писания, совмещенная с ясностью и доступностью изложения. Одна из главных задач перевода — отразить на современном литературном языке смысловое, стилистическое, жанровое и художественное многообразие книг Библии. Перевод основывается на лучших изданиях оригинальных текстов Ветхого и Нового Заветов и использует последние достижения библейских научных исследований.
Книга адресована самому широкому кругу читателей.
М., Российское Библейское общество. 2011 г.

Вычитка — Максим Фещенко.

05/01/2012
Святитель Иоанн Златоуст. Полное собрание творений. Том 11. Книга 1. — 537 Kb.

Трудами Игоря Грушина выполнена полная вычитка книги 1 тома 11.

Готовятся к размещению:

1. Св. Василий Великий — Собрание творений.
2. Библия — Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета (канонические) в современном русском переводе. М., Российское Библейское общество. 2011 г.

Каталог библиотеки

Августин Ипонийский (†430) Амвросий Медиоланский (†397) Андрей Критский (†712–726) Афанасий Великий  (†373) Василий Великий  (†379) Григорий Богослов (†389) Григорий Двоеслов (†604) Григорий Неокесарийский (†ок. 266–270) Григорий Нисский (†395) Григорий Палама (†ок. 1360) Евфимий Великий (†473) Ефрем Сирин (†373–379) Иоанн Дамаскин (†776) Иоанн Златоуст (†407) Ириней Лионский (†202) Кирилл Иерусалимский (†386) Климент Римский (†конец I – начало II века) Лев Великий (†461) Мелитон Сардийский (†II век) Поликарп Смирнский (†167) Феодор Студит (†826) Феофан, Затворник Вышенский (†1894)                                                                                                      Библия на церковнославянском Святоотеческие труды на церковнославянском Богослужебные тексты: Постная и Цветная Триоди Октоих Минея Часослов Следованная Псалтирь Канонник Типикон Акафисты Молитвы Материалы об отцах Церкви Ссылки на ресурсы в сети Интернет Литургика Документация, программы, руководства Другие тексты Отечник Календарь

Православная библиотека на CCEL

Православная библиотека на CCEL

---

Бл. Августин Иппонийский

О книге Бытия буквально, zip [785 K]

А. Лопухин

Жизнь и труды Святаго Иоанна Златоуста, архиепископа Константинопольскаго. [195 К], zip [78 K]

Св. Иоанн Златоуст

Творения, том 1, книга 1, zip [424 K]

Творения, том 1, книга 2, zip [541 K]

Творения, том 2, книга 1, zip [608 K]
        (6-го января 2004 г. добавлением Беседы 2 на святую Пятидесятницу
         завершена публикация книги)

Творения, том 4, книга 1.
Беседы на книгу Бытия, zip [561 K]

Творения, том 4, книга 2.
Беседы на книгу Бытия, zip [538 K]
        (имеется также Послесловие к IV тому)

Творения, том 7, книга 1.
Толкование на святого Матфея евангелиста, zip [554 K]

Творения, том 7, книга 2.
Толкование на святого Матфея евангелиста, zip [513 K]

Творения, том 9, книга 2.
Беседы на послание к Римлянам, zip [432 K]

Бл. Феофилакт Болгарский

Толкования на Деяния святых апостолов, zip [240 K]

Иоанн Лествичник

Лествица, zip [263 K]

Святитель Игнатий Брянчанинов

Отечник, zip [521 K]

Св. Тихон Задонский

Творения, том 1
        (к сожалению, только частично)

Граф М. В. Толстой

Рассказы из истории Русской Церкви, загрузка Zip-версии

И. С. Шмелев

Старый Валаам, zip [101 K]

Митрополит Вениамин (Федченков)

Божии люди, zip [104 K]

Отец Иоанн

Письма Валаамского старца (1939-1956г), zip [101 K], zipped DOC [112 K]

Откровенные рассказы странника духовному своему отцу, zip [187 K]

---

БИБЛИЯ на церковнославянском языке в формате .PDF

БИБЛИЯ в формате .LIT для программы Microsoft Reader

Шрифт для печати русских букв с ударениями, zip [40 K]

---

Ведущий странички - Сергей Аникеев

Афон (Святая гора, Athos).

Афон (Святая гора, Athos)  Узкий гористый полуостров, вдающийся в Архипелаг Эгейского моря. Несмотря на то, что это полуостров, добраться до него можно только по морю или на вертолете. Святая гора Афон - единственная в мире православная монашеская республика, - куда уже более 10 веков не допускаются женщины. Когда началась здесь монашеская жизнь v в точности неизвестно, но во всяком случае гораздо позже, чем в Сирии и Египте. Первые свидетельства о поселении на Афоне монахов относятся к VII-VIII векам. В 872 году появился первый монастырь - Колобу. В 971 году византийский император Цимисхием подтвердил за афонскими монахами право владения полуостровом. Полное самоуправление "на вечные времена" было отражено в императорской дарственной и первом Уставе Святой горы. Афон находится под юрисдикцией Константинопольского Патриарха, поэтому здесь, в отличие от всей Греции, для богослужений используется старый юлианский стиль календаря. На Афоне есть телефоны-автоматы, причем не только в монастырях, но и в скитах, а иногда просто на тропинках. Недавно появилась мобильная связь. На всей территории Афона запрещена видеосъемка На улице можно фотографировать без разрешения, для фотосъемок в храмах и других помещениях нужно обязательно иметь благословение. Досмотра при въезде нет (только при выезде). На Афоне запрещено купаться и загорать. На Святой горе - византийское время, которое определяется следующим образом: во время захода солнца (в субботу) стрелки часов устанавливаются на полночь и - начинается новый день. В Ивероне сутки начинаются с восходом солнца. Сегодня на Афоне находится 20 монастырей: греческий, болгарский, русский (Свято-Пантелеимонов), сербский и румынский - все они пользуются правом самоуправления. Соответственно, на этой земле разговорными считаются греческий, английский, русский, сербский и болгарский языки. Административный центр Афона, в котором находится резиденция греческого губернатора - город Кариес - был возведен еще Константином Великим. Здесь же находятся представительства всех монастырей, торговцы церковной утварью, сувенирами и древесиной. Руководство афонской республикой осуществляет Священный кинот. На Афоне в монастыре Есфигмен вход в храм разрешается только в рубашках с длинным рукавом, которые лежат у входа. В остальных монастырях на это не обращают внимания. Свято-Пантелеимонов монастырь расположен на берегу моря между Ксенофонтовым монастырем и пристанью Дафни. Обитель известна также как Русский на Афоне Свято-Пантелеимонов монастырь. В обители хранятся мощи многих святых: глава великомученика и целителя Пантелеимона (которую в 1996 году привозили в Москву для поклонения), частицы Честного Креста, а также множество икон, облачений, крестов. В храме Покрова находятся Святая Чаша искусной работы и Евангелие в богатом окладе - дары великого князя Константина Николаевича, посетившего обитель в 1845 году. Кроме Свято-Пантелеимонова монастыря, русскими были пять скитов (из которых Андреевский по величине вполне мог считаться и монастырем, оставаясь скитом только по статусу) и 66 келий, находящихся отдельно в горах и ласах. До октября 1917 года в обители проживало до 1800 монахов одновременно. Последний насельник Свято-Андреевского скита, отец Самсон скончался в 1971 году. Сегодня русских монахов на Святой горе осталось около 40 человек, однако в последнее время появилась надежда, что русский Афон возродится. Источник: Страна.ru

Старообрядцы ожидают перемен к лучшему.

Старообрядцы ожидают перемен к лучшему 

9 августа исполняется полгода первосвятительскому служению Митрополита Андриана (Четвергова), главыРусской православной старообрядческой церкви(РПСЦ), одной из крупнейших христианских конфессий России. В интервью НГ-Религии Митрополит рассказывает о начале своего архипастырского служения, о сегодняшнем дне Старообрядческой церкви и о проблемах, волнующих современных старообрядцев.

- Ваше Высокопреосвященство, расскажите, пожалуйста, о своем духовном пути

- Зимой 1951 года я был крещен по древлеправославному обычаю протоиереем Александром Горшеневым в казанском старообрядческом храме. С того времени моим небесным покровителем является святой мученик и исповедник древнерусского благочестия Александр Олонецкий, сожженный на костре за верность церковной традиции.

Мое самое яркое детское воспоминание - это когда мы с братьями пробирались по темным улицам еще спящего города к началу утренней службы и, оглядываясь по сторонам, заходили в заветную покосившуюся калитку.

Христианское становление проходило по мере моего взросления. Привитые с детства убеждения, за которые неоднократно приходилось претерпевать насмешки от сверстников, помогли мне избежать вступления в комсомол. В перестроечное время я стал более регулярно посещать храм, особенно после того, как мой брат Геннадий был рукоположен во священники. В 1986 году он предложил мне оставить светские дела и пойти служить в качестве уставщика, что я и сделал.

С 1988 года, когда казанской старообрядческой общине возвратили храм, построенный еще в начале века, я стал активно заниматься его реставрацией.

Но в 1998 году моя жизнь круто изменилась. Я овдовел. Со мною остались сын и две дочери. Нового брака я не хотел и все больше чувствовал потребность посвятить свою жизнь церковному служению. Полгода прослужил диаконом, год священником, два года в епископском сане, а вскоре соизволением Божиим меня избрали на московский первосвятительский престол.

- Как прошли ваши первые полгода в качестве главы Русской старообрядческой церкви

- "Жатвы много, а делателей мало" - эти слова Спасителя можно применить к сегодняшнему состоянию нашей Церкви. Поэтому главное внимание приходится уделять поиску, подготовке и рукоположению достойных людей. Кроме того, приходится решать широкий круг вопросов как частного, так и епархиального, регионального и даже международного значения. Очень много приходится ездить по епархиям, приходам, знакомиться с обстановкой на местах.

Признаюсь, что ощущаю на себе пристальное внимание христиан и некоторой части российской общественности. Старообрядцы ожидают от меня конкретных решений, перемен к лучшему. Люди "внешние" хотят понять, способно ли старообрядчество сыграть позитивную роль в жизни современного общества и способно ли оно возродиться. Эти ожидания придают сил, побуждают к действиям и, конечно, налагают большую ответственность. Правда, о каких-то достигнутых за полгода результатах говорить пока слишком рано, да и не мне подводить такие итоги.

- Известно, что вы занимаетесь иконописью. Вы этому где-то специально учились?

- Желание научиться писать иконы появилось еще в юности, но тогда я не знал, как к этому подступиться. Дело в том, что иконопись в то время не могла существовать легально. Лишь много позже мне удалось познакомиться с московским иконописцем Игорем Хановым, который помог освоить основные приемы и технологию темперной живописи. Я далек от мысли считать себя состоявшимся мастером, потому что активно занимался письмом икон не более трех лет. Загруженность в настоящее время и вовсе не позволяет заниматься любимым делом. И пока у меня не находится времени даже для того, чтобы закончить одну из начатых работ.

Но, с другой стороны, теперь у меня появилась возможность влиять на совершенствование и развитие иконописи во всей Старообрядческой церкви. Недавно удалось собрать иконописцев и церковных реставраторов для того, чтобы уточнить круг творческих, организационных и канонических вопросов, с которыми так или иначе все они сталкиваются на практике. Собрание прошло 23 июня в Москве в Рогожской слободе. На нем присутствовали более двух десятков человек, представляющих эту редкую профессию. Мы вместе обсудили план действий на будущее. Надеюсь, что придет время, когда удастся при Митрополии создать иконописную мастерскую и школу иконописцев.

- Как вы представляете себе возможный диалог и сотрудничество между Старообрядческой и Русской православной церквами? 

- Мы выступаем за доброжелательные, открытые отношения без каких-либо посягательств на внутренние дела и устои других. Мы уже контактируем с Русской православной церковью (РПЦ) по тем вопросам, которые представляют либо двусторонний интерес, либо имеют большую общественную значимость, либо задевают наши правовые и имущественные отношения. На наш взгляд, эти контакты надо постоянно укреплять и расширять.

- Вы уже встречались с известными иерархами РПЦ, например, с митрополитом Смоленским и Калининградским Кириллом, митрополитом Одесским и Измаильским Агафангелом и митрополитом Кишиневским и Молдавским Владимиром. Не намечена ли у вас встреча с Патриархом Алексием II? 

- Главы наших Церквей никогда не имели официальных контактов. Да и откуда бы им взяться, если почти 300 лет старообрядцев преследовали в России за их религиозные убеждения. Только в начале XX века государственная власть признала за старообрядцами, да и то с оговорками, право исповедовать православную веру так, как это было заведено на Руси со времени Крещения до раскола XVII века.

Сегодня РПСЦ входит в число признанных государством традиционных конфессий. Отношения нашей Церкви и светских властей ныне достаточно уравновешены и предсказуемы. На этом фоне наши взаимоотношения с РПЦ хотелось бы видеть более стабильными.

Да, у меня были встречи с видными иерархами РПЦ, во время которых мы обсуждали общезначимые проблемы. На будущее прорабатывается и возможность встречи с Патриархом.

Я не склонен рассматривать ее как некое эпохальное событие, поворотный пункт в наших отношениях. Для этого пока нет никаких предпосылок. Вряд ли РПЦ готова сделать какие-то решительные шаги к уврачеванию раскола, например, принести публичное покаяние за гонения, которым были подвергнуты старообрядцы в прошлом. Поэтому встреча с Патриархом, если таковая состоится, может иметь лишь локальные, достаточно прагматические цели. Но как и любая встреча на высоком уровне, она должна быть тщательно подготовлена, чтобы стать по-настоящему продуктивной.

Тем же, кто выступает против самой возможности такой встречи, хочу указать на пример дипломатических отношений между Россией и Японией. Как известно, эти страны де-юре более полувека находятся в состоянии войны. Однако это не является препятствием для переговоров и встреч между главами государств. Отношения между религиозными объединениями, разумеется, отличаются от отношений между государствами, но и здесь неоправданная, показная конфронтация рано или поздно должна уступить место нормальным межцерковным отношениям.

- Сегодня внутри самой РПЦ все чаще раздаются критические оценки "книжной справы" Патриарха Никона, с которой начался церковный раскол XVII века. Но при этом старопечатные книги не были свободны от ошибок и опечаток. Как нынешние староверы относятся к исправлению неточностей в древних текстах, могут ли привлекаться к этой работе нестарообрядцы? 

- Работа по исправлению неточностей в церковных книгах началась задолго до Патриарха Никона. Это был непростой, но постоянный и необходимый процесс. Исправления вносились с величайшей опаской - как бы не навредить. Этим же путем и прежде, и ныне следует Старообрядческая церковь. Даже такой авторитетнейший богослов и знаток древлеправославной литургики, как епископ Арсений Уральский (1840-1908), при жизни не смог добиться соборного одобрения своей обновленной редакции чина Крещения.
В результате "книжной справы", состоявшейся при Патриархе Никоне, в старообрядчестве чрезвычайно повысилась чувствительность к изменению даже "единого аза". За этот "азъ" наши предки готовы были идти на дыбу. Однако не надо путать грубую, бессмысленную, порой кощунственную "книжную справу" с нормальным процессом совершенствования книг и отдельных богослужебных чинов. Со всеми необходимыми предосторожностями он идет и сейчас. Например, несколько лет назад на Освященном Соборе РПСЦ создана комиссия по уточнению формулировок чина приема еретиков в Старообрядческую церковь.

С одной стороны, наша Церковь рассматривает накопленный в РПЦ 250-летний опыт исправления церковных книг весьма критично. С другой - сегодня ситуация меняется: в структурах РПЦ работают много серьезных специалистов, с которыми вполне можно иметь позитивные контакты.

- Каково ваше отношение к возможному визиту Папы Римского в Россию? 

- Русь, как известно, приняла Крещение до разделения Церкви на Православную и Католическую. Издревле она принадлежала восточной, православной традиции, а к XVII веку превратилась в ведущую мировую православную державу. На протяжении многих веков Ватикан различными путями пытался принести католичество в Русь: то силой меча, как при Александре Невском, то силой красноречия, как при царе Иване Грозном, когда папский нунций Антонио Пассевино склонял русского царя к соединению с Римом.

Одним словом, латиняне никогда не обделяли Россию своим "вниманием". Но если прежде твердая вера, убежденность в истинности православного пути защищали наших христиан от католического влияния, то теперь появилось много людей, чьи религиозные взгляды настолько "широки", что для них нет разницы, какому богу молиться, к какой Церкви принадлежать. В этих условиях шансы Ватикана укрепиться в России серьезно возрастают. Московская Патриархия упрекает Папу в прозелитизме, и, пожалуй, это справедливо.

Отрицательное отношение Московской Патриархии к приезду Иоанна Павла II в Россию и состояние его здоровья делают этот визит все менее и менее возможным. Однако присутствие Католической церкви в России, наоборот, становится все заметнее.

Сравнительно недавно, когда я еще был правящим епископом Казанско-Вятской епархии, в Казани мне пришлось напрямую столкнуться с экспансией Католической церкви. Всего в каких-то десяти метрах от старообрядческого храма началось возведение нового костела. Естественно, такое соседство вызвало обеспокоенность наших христиан, но его никто не принял во внимание. Таким образом, среди общего благодушия в Казани вдруг возникла конфликтная ситуация.

Казалось бы, в чем можно упрекать Католическую церковь, ведь землю под строительство дала администрация города? Тем не менее мы вынуждены констатировать, что руководству Католической церкви в России не хватило ни такта, ни здравого смысла, чтобы воздержаться от строительства храма именно рядом с нашим.

Интервью на сайте НГ-Религии

Церковный базис и политическая надстройка.

Церковный базис и политическая надстройка  Анатолий Черняев Всемирный русский народный собор (ВРНС), уже пятнадцатый по счету, проходивший в Москве 25-26 мая под председательством Патриарха Кирилла, явился наиболее из всех резонансным. Кульминацией его стало провозглашение манифеста "Базисные ценности - основа национальной идентичности". Кодекс "базисных ценностей" (они же "базовые", они же "фундаментальные") - пожалуй, самый значимый из всех документов, инициированных Патриархом (а прежде митрополитом) Кириллом за два десятилетия его бурной церковно-политической деятельности. Нынешнее послание адресовано всему "русскому миру", поверх национальных и вероисповедных границ. Заметно отличается оно от прежних и по форме. Если социальная концепция РПЦ или доктрина о правах человека представляли собой довольно внушительные тексты с теоретическими выкладками, которые явно готовились кропотливо и подолгу, то манифест нынешнего немногословен, и такое впечатление, что написан он "на скорую руку". Во всяком случае, предложенный Церковью кодекс "базисных ценностей" теоретической базы фактически не имеет. Прежде всего, понятие "ценности" выглядит в церковно-богословском тексте чужеродно. Ведь учение о ценностях, или аксиология, было разработано в XIX веке немецкими философами-неокантианцами и методологически плохо совместимо с богословием, ибо Церковь настаивает на реальности предметов своей веры, а не рассматривает их в качестве продуктов человеческого сознания. Абсурдность стремления богословов-модернистов перетолковать религиозную веру в категориях "ценностей" отмечал протопресвитер Александр Шмеман: "И подумать только, что они и веру считают "убеждениями", направленными на "ценности". Вред богословия: сведение веры к идейкам и убеждениям" (дневниковая запись 6 марта 1973). Конечно, свод "базисных ценностей" - не богословский трактат, а послание обществу. Тем не менее заявлено, что он подготовлен в Патриархии и основан на принципах православного мировоззрения. А официальное "Соборное слово" утверждает, что означенные "вечные ценности и идеалы: даны нам неизменным Богом". Серьезный богослов каждое свое суждение о деяниях Господа Бога обосновывает Священным Писанием. Нов Библии не говорится о "данных Богом" "ценностях и идеалах". Да и как вообще нам можно "дать" ценности, которые по определению формируются самими людьми, человеческой культурой, историей, психологией? Те места патриаршего доклада, где затрагивается природа "базисных ценностей", довольно противоречивы. Например: "Всякая ценность умирает, если она не актуализируется. Базисные ценности не могут умирать, но они живут только тогда, когда они реально вдохновляют людей" (выделено мной. - А.Ч.). Получается, "базисные ценности" и умереть не могут, и живут как-то призрачно. Не менее противоречиво осмысление веры, которая поставлена в наборе "ценностей" на первое место по личной инициативе Патриарха. "Думаю, - сказал он, - учитывая наличие разных подходов к вере, мы должны найти такую формулировку, которая, с одной стороны, свидетельствовала бы о том, что религиозная вера является фундаментальной ценностью для очень большого числа наших граждан, но, с другой стороны, чтобы уважение было проявлено и к тем, кто религиозной веры в своем сердце пока не чувствует". Формулировка найдена такая: "Вера в Бога, забота о сохранении религиозных традиций народов, воплощение этих традиций в делах. Верность убеждениям и нравственно обоснованным жизненным принципам, в том числе у нерелигиозных людей". Значит, у кого вера в Бога, а у кого - просто верность убеждениям: Нынешний кризис "базисных ценностей" Патриарх пытается объяснить главным образом перипетиями "сложных девяностых". Трактовка чрезмерно упрощенная... В действительности кризис традиционных ценностей начался в России вовсе не в девяностые годы и даже не в 1917 году. Переоценка старых ценностей и формирование новых происходит в истории человечества непрерывно. Сам по себе перечень "базисных ценностей" неоспорим. Но вовсе не потому, что выражает обоснованную концепцию. Включенные в него понятия настолько широки, что почти не имеют конкретного наполнения, это просто набор красивых благозвучных слов. Мир, справедливость, честность, свобода - что здесь отстаивать? Впрочем, толкование даже таких общечеловеческих ценностей оказалось в соборном манифесте двусмысленным. "Мир" определяется как "мирное разрешение конфликтов и противоречий", "солидарность" - как "способность разделить с другими бремя забот: болезни, скорби". Но ни слова о радостях, которые тоже ведь можно разделять друг с другом. Выходит, условием мира являются конфликты, а солидаризироваться можно только в скорбях? Доказывая актуальность "базисных ценностей", Патриарх Кирилл сказал, что без них "люди не могут отдавать жизнь, не могут идти на самоограничения". Вряд ли предложенный кодекс способен воодушевить тех, кого ждет перспектива "отдавать жизнь": Перед нами по сути дела политический манифест, а этот жанр сродни мифологии, волшебной сказке. Разве не чудес вечно ждет народ от политиков? Свободы и одновременно порядка; социальной поддержки и "зеленого света" для бизнеса... Политик в речах своих обещает все - всем, а потому логика, с ее законом исключенного третьего, не для него. Вот и в случае с "базисными ценностями" - в посвященном им докладе, с одной стороны, говорится о необходимости свободы и конкуренции - политической, экономической и даже мировоззренческой, с другой - звучит призыв к преодолению "диссонансов векторов развития" и возведению "мировоззренческого фундамента общества". В итоге вырисовывается что-то вроде "свободного фундамента". Если попытаться представить себе подобную химерическую конструкцию, то "фундамент" этот сомнительной надежности, а от "свободы" веет казематом. Политическая подоплека идеологии "базисных ценностей" совершенно очевидна. Сопутствующее "Соборное слово" выдвигает, по сути, комплекс требований, касающихся внутренней и внешней политики государства. Здесь и критика западного "неоколониализма", и настойчивый призыв к пересмотру "культурной политики в нашей стране", и указание условий, необходимых для "победы над пороками в сердцах и душах людей". Составители "Слова" не ведут речь о духовно-нравственном совершенствовании личности, по их мнению, победа над пороками "может быть достигнута только глубоко продуманным и принятым обществом укладом жизни, с постоянно действующим комплексом властных, общественных и гражданских мер". В своде "базисных ценностей" нет ничего специфически церковного. Тем не менее Русская православная церковь представляет себя как главный их оплот. В декабре 2010 года, когда разговор о них только начинался, Патриарх Кирилл на встрече с депутатами Госдумы заявил: "Мы должны договориться о корпусе этих ценностей и сказать: если в политическую программу той или иной партии включается несогласие с этими ценностями, эта политическая сила не может быть в нашем обществе, она опасна для безопасности, целостности, будущего страны". Хорошо бы! Но кто будет судить, насколько согласуются с корпусом "базовых ценностей" программы тех или иных политических сил и, исходя из этого, определять, достойны ли они "быть в нашем обществе"? Возможно, эту роль также собирается взять на себя Церковь. И эта роль, разумеется, далеко выходит за конфессиональные рамки. Фактически на Всемирном соборе РПЦ показала, что она видит себя в российском политическом процессе отнюдь не одной из равноправных общественных сил, а агентом "консолидации ведущих политических сил России вокруг единой нравственной платформы, платформы базовых ценностей" ("Соборное слово"). Базисные ценности - основа общенациональной идентичности Из документа, принятого на XV Всемирном Русском Народном Соборе 26 мая 2011 года * Вера. Вера в Бога, забота о сохранении религиозных традиций народов, воплощение этих традиций в делах. Верность убеждениям и нравственно обоснованным жизненным принципам, в том числе у нерелигиозных людей. * Мир (гражданский, межнациональный, межрелигиозный) - мирное разрешение конфликтов и противоречий в обществе, братство народов, взаимное уважение культурных, национальных, религиозных особенностей, неконфронтационное ведение политических и исторических дискуссий. * Нравственность - личная и общественная. Верность неизменным нравственным нормам как залог благополучия человека и общества. Приоритетная поддержка обществом и государством добросовестного поведения как в личной жизни, так и в жизни общества и государства. Жизнеспособные государство и общество не могут быть нравственно нейтральными. * Честность как критерий личной и общественной морали. Совестливость, следование нравственному началу в душе как образ жизни. * Солидарность - способность разделить с другим бремя его забот. Общенациональная солидарность как сила, связывающая народ, обеспечивающая единство нации, её целостность, её жизнеспособность. * Семья как союз мужчины и женщины, в которой воспитываются дети. Любовь и верность. Поддержка семьи через социальную политику, образование и культуру. * Благо человека. Духовное и материальное благополучие человека как основной приоритет социального развития. Соблюдение прав и свобод. От редакции журнала "Наука и религия" Ижевские соборяне и кризис соборности Мятежные клирики Удмуртской епархии Русской православной церкви протоиереи Сергий Кондаков и Михаил Карпеев и священник Александр Малых объявили о своем переходе под омофор митрополита Агафангела (Пашковского) - предстоятеля той части Русской православной церкви заграницей, которая отвергла воссоединение с Московским Патриархатом. Этому предшествовало их обращение (в марте с.г.) с открытым письмом Патриарху Кириллу, в котором они сообщали, что отказываются поминать его за литургией, так как считают главу Церкви повинным в низкопоклонстве перед властям, экуменизме, попустительстве аморализму и даже отступничестве от православия. Эти обвинения, кстати, уже не раз звучали со стороны ряда священников, прервавших свою каноническую связь с Московской Патриархией. Заметим, что ижевские церковные оппозиционеры - отнюдь не безвестные маргиналы. Это уважаемые священники, занимавшие важные посты на епархиальном и региональном уровне: протоиерей Сергий Кондаков - член Общественной палаты республики Удмуртия, возглавлял епархиальный отдел по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными органами, протоиерей Михаил Карпеев был настоятелем сразу двух храмов, а священник Александр Малых, кандидат богословия, служил в кафедральном соборе. Их протест, в общем-то, отнюдь не новое явление для жизни Русской Церкви, вот уже несколько веков переживающей серьезные проблемы, связанные с кризисом соборности и разрывом между церковной бюрократией и рядовым священством. Еще в ХVII веке один из вождей старообрядчества протопоп Иван Неронов писал царю: "изволи собору быти истинному, а не сонмищу иудейскому" (аллюзия на совещание иудейских первосвященников, обрекших Иисуса Христа на смерть). Нынешние мятежные в обращении к митрополиту Ижевскому Николаю тоже призывают собрать "подлинный, а не мнимый Поместный Собор". Соборность декларируется из века в век, но на практике не осуществляется. Патриарх Кирилл еще усилил церковную "вертикаль власти". Не так давно, в начале 90-х годов, настоятели храмов, не согласные с Патриархией (а их немало), просто заявляли о переходе в другую юрисдикцию, сохраняя за собой храмы и общины верующих. Однако в Устав РПЦ были внесены изменения, согласно которым собственниками храмов являются не общины, а епархии. И теперь при малейшем проявлении нелояльности церковному начальству клирика просто запрещают в служении и изгоняют из храма, и он сразу лишается прихода и всего вместе с ним. В свете этого поступок священников из Удмуртии представляется не просто выражением несогласия, но и актом исповедничества - это попытка отстаивания своих принципов во что бы то ни стало, при осознании неизбежных серьезных лишений. Ижевские священники выразили не только обеспокоенность модернизацией Церкви, но и протест против коммерциализации церковной жизни, вызывающей роскоши, в которой живет руководство РПЦ, что особенно болезненно воспринимается в провинциальной глубинке. Все это дает основания полагать, что внутренние противоречия и оппозиционные настроения внутри РПЦ вряд ли в ближайшее время ослабеют, скорее всего они усилятся.

Радикальный ислам набирает силу.

Радикальный ислам набирает силу  Беседа Марка Смирнова с Евгением Сатановским Арабские страны охвачены беспорядками, оппозиция выводит на улицы и площади разгневанных мусульман, требующих изгнать из власти тех, кто предает интересы народа, тех, кто не допускает демократию в их жизнь. Но оппозиция тоже не являет собой пример толерантности и человеколюбия. Эти революции не назовешь бархатными, везде проливается кровь. Алжир, Тунис, Египет, Сирия, Бахрейн, Иордания, Йемен - список впечатляющий. В Ливии попытка сместить Муаммара Каддафи уже привела к гражданской войне. Ряд богатых арабских стран Персидского залива вместе с западной коалицией принимает участие в борьбе против ливийского вождя на стороне оппозиции: Но какова ее цель? Кого она представляет? На эти вопросы достаточно сложно ответить. Редакция журнала "Наука и религия"попросила прояснить ситуацию директора Института Ближнего Востока Евгения Сатановского. С ним беседует соредактор журналаМарк Смирнов. Портал "Мир религий" публикуеттекст этого интервью с любезного разрешения журнала. М.С. - Евгений Янович, как вы расцениваете события, которые происходят сейчас в арабских странах, - это стихийное восстание масс или срежиссированные действия? Может быть, все идет по какому-то сценарию? Е.С. - Никакого сценария я здесь не вижу, но нельзя говорить и о "восстании масс", которое якобы происходит само собой. У происходящего не одна причина. В мире ислама издавна противостоят суннитская и шиитская его части, а точнее, идет жесткая конкуренция Саудовской Аравии и Ирана. Но и среди суннитских государств нет единства. С падением влияния Египта и Саудовской Аравии выдвигается вперед Турция, с ее идеей новой Османской империи. Соперничают на суннитском поле Катар, Египет, Саудовская Аравия. Еще одна серьезная причина - противостояние светских и религиозных лидеров. Падение Каддафи выгодно не только исламистам, но и тем, кто, независимо от своих религиозных предпочтений, стремится вытеснить его из африканского пространства, где конкурируют различные экономические проекты и национальные фонды и где ливийский лидер был чрезвычайно активен, но также прочные позиции занимали Катар, Саудовская Аравия,Турция. Речь идет прежде всего об Уганде, Танзании, Кении. Совершенно очевидно, что Франция и Соединенные Штаты Америки борются за влияние в Африке и на Ближнем Востоке. Особенно ясно показала это ситуация в Ливии. В данном случае есть общая европейская, западная парадигма, в частности, в том, что касается прав человека и борьбы против диктатур, но есть и некоторые различия в позициях Германии и Франции, Италии и Великобритании. И явно отличается от них позиция США. Ситуация в Ливии во многом была спровоцирована событиями в Египте и Тунисе, но тут все пошло совершенно иначе. И, наконец, в огромной мере во всех событиях проявилась борьба внутри элит. Лидеры "засиделись", и элитарные группы, которые считают, что их обошли при дележе доходов - нефтяных, туристических, газовых, каких угодно других, - начали провоцировать смещение лидеров, подстрекая массы к выступлениям. Это было очевидно в Тунисе, где Бен Али и его жену Лейлу Трабелси, безусловно, сместила местная элита. Не зря же там говорили: Али Баба ушел, а 40 разбойников остались. То же происходило в Египте, где власть была успешно захвачена военной хунтой - аутсайдерами из военной элиты, которые ни на что не могли рассчитывать, если бы власть взял Омар Сулейман, фаворит Мубарака, и тем более, если бы власть перешла к его сыну, Гамалю Мубараку. Но в Ливии ситуация сложилась совсем иная. М.С. - В одном из интервью вы уже говорили, что события на Ближнем Востоке и далее до Персидского залива - это свидетельство того, что светская власть в этих странах не выдержала испытаний временем. Это значит, что падение светских режимов в арабском мире неизбежно, а когда это произойдет, зависит только от разных местных условий. В свою очередь, это означает и то, что непременно произойдет усиление позиций исламистов. Е.С. - Именно это и происходит. И хотя тунисско-исламская оппозиция отличается от египетско-исламской, а в Ливии вообще ситуация иная, хотя "Аль-Каида" и "Братья-мусульмане" имеют разные цели и задачи, происходящее в арабских странах свидетельствует об усилении политического ислама. Время военных, военно-националистических диктатур в арабском мире, часто действовавших под лозунгами социализма или национал-социализма, заканчивается. Во всех сферах жизни мусульманских (и не только арабских) стран утверждается ислам, подчиняет властные структуры, армию, прибирает к рукам культуру и образование. В Турции все, что создал Кемаль Ататюрк, освободивший от диктата ислама многие сферы жизни страны, фактически похоронено. Под ударом оказываются и умеренные светские, вестернизированные страны - Иордания, Марокко: Шиитская исламская модель переживает трансформацию в некую Иранскую империю - Иран ведет наступление со своего плацдарма, в том числе на арабских территориях, в Ливане, в Сирии, в Бахрейне, в восточной провинции Саудовской Аравии, в Ираке. Ну и, наконец, не столь консервативная турецкая элита с интересом наблюдает за происходящим, размышляя, как это расчищает путь для нее и для таких движений, как "Братья-мусульмане". М.С. - Усиление исламского фактора как-то связано с идеей создания халифата, во главе которого должен стоять мусульманский лидер, а не светский политик? Е.С. - Такие настроения есть, но, конечно, никакого халифата создать не удастся. Это некая цель, вроде того же славянского единства, которая вряд ли достижима, но которую будут провозглашать различные исламские лидеры, захватывая власть в своих странах. Единственное, что их объединяет, - это борьба с Израилем. Никакой другой универсальной идеи ни в Лиге арабских государств, ни в Организации Исламская конференция не просматривается. М.С. - А какова ситуация в странах Центральной и Средней Азии, ведь там тоже существует конфликт между светской властью и исламистскими радикалами и тоже выдвигается идея создания халифата, в частности, партией "освобождения ислама" "Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами"? Е.С. - С моей точки зрения, напряженность в Центральной Азии создают Пакистан и Афганистан. Для Азербайджана опасность идет от Ирана. Шиитские богословы стремятся поучать и братский таджикский народ, который относится к этому весьма настороженно, хотя в Таджикистане после гражданской войны власть в руках исламистов. А вот в Узбекистане, в Казахстане, в Туркменистане, в меньшей степени - в разоренной гражданской войной Киргизии исламисты отнюдь не сильны. Атаки на эти страны, в первую очередь опять-таки с территорий Афганистана и Пакистана, будут очень серьезными, но скорее всего светские режимы там устоят. М.С. - Какое влияние события в мире ислама оказывают на обстановку в наших мусульманских районах? Е.С. - Для России в этом смысле две опасности. Одна - вполне вероятное усиление террористической активности на Северном Кавказе. Хотя события в арабском мире отвлекают сегодня от нас и финансовые потоки, и самих исламских террористов. Если бы над Саудовской Аравией не нависала угроза войны с Ираном, вполне возможно, что, несмотря на все высказываемые со стороны арабского мира намерения, хорошие слова и улыбки, России пришлось бы пережить повторение того, что происходило в первую чеченскую войну и на первом этапе второй. Но сегодня это маловероятно, у арабов своих внутренних забот слишком много. Другая опасность - возвращение в Россию тысяч российских граждан, которые много лет жили в Тунисе, в Египте, учились в различных исламских центрах или же долгие годы бродили по горам Афганистана, на территориях племен Пакистана: Возвращаются они не только на Северный Кавказ, но и в Татарстан, Башкирию, в крупные российские города - и многие, очень многие привезли с собой усвоенную там радикальную исламскую идеологию. И полны решимости широко ее распространять. Мы наблюдаем возникновение центров, где кристаллизуется этот радикализм. Когда из аспирантуры академического Института востоковедения выходит симпатичный бородатый молодой человек, который начинает вещать с телеэкрана о том, что старая элита себя не оправдала, что молодежь ее отвергает, что русский проект в мировом масштабе закончен, - ты понимаешь, что это респектабельное научное заведение выпустило из своих стен потенциального террориста или того, кто будет создавать в Москве или в другом крупном городе ячейки радикализма, насаждающие его идеи. Никто не знает, в какой момент эти люди будут взрывать что-то - в аэропорту ли, в метро или на стадионе: Есть еще одна опасность, хотя она вряд ли проявится, пока страной еще руководят жесткие прагматики. Это бесконечно повторяющиеся, как заклинания, призывы объединиться с радикальным исламом против Запада. Нас пытаются убедить, что это плодотворный для России путь. Если носители этих идей доберутся до власти, в стране будет уничтожен наш традиционный толерантный ислам, не станет и традиционного российского муфтията. В этом случае нам уготовано печальное будущее, у нас будет, как в Лондоне, Париже, Мадриде, где крупные террористические акты устраивают десятилетиями живущие в этих городах исламские радикалы. М.С. - Почему Европа бомбардировала Ливию, разве западные лидеры не понимают опасности этих акций? Е.С. - А кто из европейских политических лидеров способен что-то понимать в жизни исламских стран? Кто из интеллектуалов, ослепленных теориями либерализма, мультикультурализма, понимает, что они своими принципами "свободы и прав человека" открывают путь фанатикам и абсолютно не либеральным и не толерантным людям? И это в то время, когда уже надо пулеметами останавливать наплыв иммигрантов в Европу и тем более воздерживаться от вмешательства на Ближнем Востоке. Но тут замешаны нефтяные интересы, политические интересы, тут выплывают взятки и их сокрытия... Так вот, люди, которые готовы ради теории поставить на грань выживания собственную страну, сегодня представляют собой интеллектуальную и политическую элиту Европы. Что называется - "пусть пропадет весь мир, но справедливость восторжествует". Но ведь с этим миром и они тоже пропадут! Возможно, что некоторые в порыве садомазохизма на это готовы. М.С. - Значит, нынешние политические лидеры Запада не понимают роли религии в обществен-но-политической жизни? Е.С. - Сегодня на Западе нет лидеров, способных предложить разумную, взвешенную, прагматичную программу, которая могла бы создать для выходцев из исламского мира такие условия, когда они вынуждены будут, сохраняя все свои национальные особенности, не отказываясь от своей веры, изгнать из своей жизни агрессивные, террористические элементы, исключить любое проявление джихада - как войны с иноверцами. Возможно, такие лидеры появятся, когда ситуация обострится до крайности. М.С. - То есть экспертов в этой сфере никто не слушает, скорее всего в их советах никто и не нуждается. Е.С. -Так ведь большинство исламоведческих кафедр университетов в Европе и Америке сегодня финансируется Саудовской Аравией и Катаром. Совсем немного там найдется мечетей, которые не зависят от денег Эр-Рияда или Дохи. Сегодня экспертные университетские центры Европы и США буквально оккупированы политическим исламизмом. Самые жесткие, самые ортодоксальные теории исламизма сегодня распространены по всему миру -это тот мейнстрим, который контролирует ситуацию в интеллектуальном истеблишменте Запада. М.С. - Что же делать в этой ситуации, на что уповать? Невозможно нормально жить, если знаешь, что над тобой занесен тот самый дамоклов меч. Е.С. - Дамоклов меч висит над нами с момента рождения - ведь мы знаем, что все умрем. А пока живем, надо понимать, что именно происходит и что может произойти, и быть готовым сопротивляться тем, кто против вас, всеми силами сохраняя свое. И тогда вы его сохраните. Но если вы закрываете глаза, затыкаете уши и сидите тихо в уголке, надеясь, что пуля пронесется мимо, что ж, может, и пронесется, а может быть, и нет. Вспомним события в Кондопоге. Муфтий Карелии, палестинец, с его многочисленными брачными скандалами, внушал своей пастве то, что в конце концов обернулось известным погромом. Если мы хотим сохранить мир в стране и нормальную жизнь, нельзя позволять вторгаться в нее чему-то чуждому нам, надо поставить этому жесткие преграды, защищая основы своей жизни. При этом я вовсе не полагаю, что православие это альтернатива радикальному исламу. Ведь мы светская страна и, как известно, у нас большинство населения не является активными адептами никакой религии. Да, религия - это традиции, это часть нашего цивилизационного багажа, часть нашей семейной и национальной истории, и это замечательно. Однако сохранять ее надо, что называется, не переходя в состояние "заставь дурака Богу молиться - он себе лоб расшибет". Но любая попытка спровоцировать религиозное столкновение, выдавить умеренный муфтият (пусть и это не идеальная структура), заменить всех нынешних наставников российских мусульман радикалами должна быть пресечена. Знаете, в жизни нередко малая кровь позволяет избежать большой. Радикалы у власти - это реальная угроза гражданской войны. С киллером нельзя договориться, разве что о том, когда, из чего и где он вас убьет. Вот этого не хотелось бы. Так что у нас нет иного выхода, кроме как жестко и твердо защищать свое, не дать ворваться в нашу жизнь губительному чужому.